Предлагаю вам к прочтению интересную статью Михаила Бострикова о балтийских славянах. Оригинал статьи размещён на сайте «Поле боя».

Вступление

На протяжении всего средневековья, славяне, в том числе и балтийские, активно участвуют в жизни Европы (в целом) и Балтийского региона (в частности): политике, торговле, войне. Именно о войне и пойдет речь в данной работе.

Славяне на Балтике соседствовали с разными народами и государствами: франками и саксами – на западе, другими славянскими народами (поляками, чехами) – на юге, балтами и эстами (фино-уграми) – на востоке и скандинавами – на севере. И, естественно, что соседство далеко не всегда протекало мирно. Не раз славяне защищали свои земли от «соседей», ни раз же – сами ходили в походы в земли чужие, а то и друг на друга, как ободриты и лютичи. В сферу интересов Франкской державы в первую очередь входили саксы. Именно саксы на протяжении многих лет сопротивлялись покорению могущественным соседом. И только затем настала очередь славян. Славяне также пытались найти и занять свое место в этом конфликте. Так ободриты будут долгое время союзниками франков, лютичи же, наоборот, встанут на сторону саксов. Произойдет это, скорее всего, из-за вражды между ободритами и лютичами. После ситуация будет неоднократно меняться: то ободриты будут поддерживать восстание саксов против франков, то те же ободриты вместе с лютичами будут ходить походом против саксов. В первой части работы будет дано краткое описание и упоминания военных конфликтов, в которых принимают участие балтийские славяне в период с конца VIIIв. по конец XIIв. Во второй части будет обращено внимание на вопросы тактики и организации войска балтийских славян, а также использования кавалерии, флота и сооружением укреплений. В третьей части внимание будет уделено вооружению славянских воинов.

Часть I. Походы и военные конфликты балтийских славян в VIII-XII вв

В конце VIII века (792г) среди саксов вспыхивает восстание. Часть саксов Карл Великий усмиряет, с остальными же готовится биться, призывая для этого союзного франкам ободритского князя Вицана (Вышан). Но саксы перехватывают Вицана на переправе и убивают.[1] Через три года саксы нападают на ободритские земли. Славянский князь выходит навстречу саксам и вместе с франкским легатом Эбурисом на Святом Поле наносит им «решительный удар»[2]. «По словам Эбуриса в битве пало 4000 северных саксов»[3].

Стоит сказать, что славяне (ободриты) часто участвовали в военных походах Карла Великого. Еще в 789г. Ободриты и лужицкие сербы участвуют в «замирении» велетов. В 792г. князь Вицан идет на соединение с Карлом против саксов. В 832г. в лагерь на левом берегу Эльбы, уже императора, Карла явились славянские князья, в том числе князь ободритов Дражко.[4] После переселения Карлом части саксов, именно ободритам, как верным союзникам, достается часть этих территорий.[5]

Находились славяне и на другой стороне конфликта. Так в походе датского короля Готфрида против ободритов (в котором был разрушен город Рарог) участвовали велеты, смольняне и глиняне. Причем последние (смольняне и глиняне) после похода отбили и посланный против них франкский отряд Карла (сына Карла Великого).[6]

После смерти Карла Великого, к середине IXв. и ободриты начинают враждебные действия против франков (в том числе в союзе с данами), совершая походы в земли саксов и выказывая непокорность. Так в 858г. Людовик вынужден был отправить три войска для усмирения славян: против моравских славян, против ободритов и глинян и против сербов.[7]

А в 867г. из-за угрозы со стороны ободритов, Людовик, не рассчитывая только на силы саксов и тюрингов, созвал «поголовное ополчение своей державы»[8].

В 880г. ободриты совместно с норманнами стали опустошать саксонскую землю. Выступившее против славяно-нормандских сил саксонское воиско потерпело неудачу. В битве среди павших были и 2 епископа, 12 вельмож и герцог саксонский Брун (сын Людорфа)[9].

В первой половине Xв. герцог саксонский Генрих совершал частые набеги на ободритов и велетов; теснил ратарей.[10] Зимой напал на земли гаволян, разорил Бранибор[11] и захватил в плен их князя Тугумира. Позже он покорил гломачей, проложив тем самым себе путь в Чехию, где и принудил князя чешского Вячеслава платить дань.[12]

Ратаре же воспользовались походом Генриха и восстали, взяв штурмом военный пункт немцев – Валислево.[13] Последовали их примеру и другие славянские племена. Ободриты вместе с данами совершали набеги на берега Фрисландии.

Но успехи славян продолжались недолго. В 929г. была взята крепость лютичей Ленчино, а жители перебиты. В 931г. были усмерены ободриты и король Кнуба (правитель удельной области в южной части Ютландии)[14]. А 25 сентября 936г., потерпев поражение в битве, подчинились ратаре.

Воспользовавшись распрей короля с его братом Танкмаром, полабские славяне вновь восстают. Разрушаются укрепления немцев, а славянские воины вторгаются в земли противника. Но саксонский маркграф пошел на хитрость: пригласил на пир славянских князей и приказал перебить их. Так погибло около 30 славянских князей[15]. Это вызвало гнев среди славянского населения, и восстают уже не только ближайшие племена. «Они (славяне) предпочли войну миру и любезную свободу ставили выше всевозможных несчастий»[16].

И славяне переходят в наступление. Ободриты напав на саксов, разбивают неприятельское войско и убивают их полководца – Гайка. Герон также терпит поражение в поле и вынужден просить о помощи короля[17].

В 954г. был нанесен удар по велетскому союзу. Герон и Конрад, зять короля, разбили укран. Но вскоре уже среди саксов вспыхивает восстание под предводительством Вихмана и его брата Эгберта. Они нашли содействие среди велетов у князей Накона и Стойгнева. В ответ Герман вторгся в земли велетов и осадил крепость Светлый Кранец[18], но вынужден был вернуться. А в 955г. уже велеты вторглись в Саксонию. После победы над мадьярами в том же году вернулся в Саксонию Оттон. Тут вновь восстают ободриты, велеты, черезпеняне и долинчане. Герон же склонил на свою сторону ран (руян) и атаковал славян с юга; Оттон переправился через Эльбу, а с севера подошли ране. Славяне перешли к оборонительной тактике. Оттон же вместе с чешским князем Болеславом двинулся вглубь велетских земель. Соединив свои силы 16 октября 955г[19]. Оттон встал на реке Раксе, переход через которую защищало союзное славянское воиско. Но славяне были обойдены маркграфом и потерпели поражение. Стойгнев погиб.[20] Но не все славяне покорились – еще четыре года Оттон ходил воиной на ратарей (957-960гг.)[21]. Вихман же в 963г. бежал к ратарям и те под его началом совершали походы против князя Мечислава Польского.[22] Но в 967г. в одной из стычек Вихман был ранен и затем умер[23].

Уже при Оттоне II восстали гаволяне. А также попрекаемый своим сыном Мечиславом за сближение с немцами князь ободритов Мстивой лишает доходов епископа[24], выгоняет свою жену (сестра епископа) и вновь становится народным князем. Затем Мстивой и Мечислав напали и разорили Гамбург.[25]

Восстали и гаволяне. Они изгнали немцев и сами отправились в саксонские земли. И хотя, по уверению Титмара[26], они были остановлены в 983г., преследовать их не решились.

Во время воины немцев против чехов, лютичи действовали против немцев, хоть и самостоятельно. Также они были на стороне чехов в чешско-польском конфликте. Поляки же вместе с немцами напали на земли лютичей и взяли Бранибор (991г.). В 995г. в помощь Оттону в походе против полабских славян присылают свои силы Болеслав Храбрый и Болеслав Чешский. В конечном же итоге славяне к 1000 году оказались в «таком же независимом положении, в каком находились двести лет назад до времен первых походов Карла Великого»[27].

При Готшалке (сын Прибыслава и внук Мстивоя) начинается война с саксами. Ободриты под водительством Готшалка теснят саксов, так, что «только две крепости, куда бежали теснимые саксы, остались в их руках»[28]. Но вскоре Готшалк был разбит и пленен герцогом саксонским Бернгардом (после Готшалк долгое время будет состоять в дружине датского короля Канута[29]).

После смерти датского короля Канута, началось противостояние данов и славян. Магнус пытался осадить Волин. Был убит ободритский князь Ратибор. В боях с датчанами погибли и его сыновья. К славянскому же союзу присоединяются ране. Славяне вторгаются в Шлезвиг и «до северных его пределов опустошили страну»[30]. Но возле г.Шлезвига в 1044г. славяне терпят поражение от датско-саксонского войска (Магнуса и его зятя Ордульфа).

Конрад II в 1034г. отправляется против лютичей с войском собранным в Саксонии, но саксонский воин проиграл в поединке и саксы вернулись ни с чем.[31] В 1035г. лютичи взяли крепость Вербна, пленив графа Дефи с отрядом[32]. Император вновь идет на лютичей. И после упорного сопротивления, те терпят поражение.

В 1056г. Маркграф Вильгельм (Старая Марка) предпринял поход против лютичей, но был загнан с отрядом в болотистую местность (слияние Гаволи и Эльбы) и возле крепости Прилаба лютичи «поразили его на голову»[33]. Вильгельм был убит.

После смерти Готшалка ободриты отстраняют его сыновей от власти и призывают князя Крутого из «королевского рода Ранских Славян»[34]. Начинается борьба за власть между Крутым и сыном Готшалка Будивоем, ищущим поддержки у саксонского герцога Ордульфа, а затем его сына Магнуса. Крутый «силою оружия изнал»[35] Будивоя, а затем и убил пленив его в Плунской крепости. После чего славяне переходят в наступление на саксонские земли: опустошается Нордалбингия; дважды разграбляется Гамбург (1072г.), а «вся страна на север от Эльбы, Дитмерсия, Голзатия и Стормария»[36] признает над собой власть славянского князя.

Но свои притязания на княжеский стол предъявляет и другой сын Готшалка – Генрих. И занимает его, убивая Крутого, подсылая к нему убийцу. В ободритской земле начинается гражданская война. Генрих просит помощи у Магнуса в подавлении восстания. И все решается в 1093г. на Смиловом Поле[37], где побеждают Генрих и Магнус. Затем Генрих разбивает ран подступивших к Любеку.

Ране не перестали тревожить Генриха и даже убивают его сына Вальдемара. Тогда Генрих, собрав войско «многочисленное, как песок на берегу моря»[38], призвал саксов и через земли хижан и черезпенян зимой по льду пошел в землю ран (1113г.). Ране уплатили Генриху 4400 марок серебра, но не покорились. Генрих, вместе с Лотарем (саксонским герцогом) вновь идет походом на ран. Но этот поход не увенчался успехом. Тем не менее всю первую половину XII в. идет немецкая колонизация и христианизация славянских земель.

В 1147г., после государственного сейма во Франкфурте и послания Бернарда из Клерво[39], начинается крестовый поход в земли полабских славян. К походу присоединяется и былой союзник Никлота (князя ободритов из руянского рода) вагирский граф Адольф. Тогда Никлот совершает морской поход на вагров, подступает к Любеку (26 июня) после чего возвращается в свои земли – начинался крестовый поход в ободритские земли[40].

К походу присоединяются Генрих Лев, Альбрехт Медведь (маркграф в странах по Эльбе), польский князь – брат Болеслава IV и датчане. Крестоносное воиско (по данным немецких хроник до 200 тыс. чел.[41]) двигалось по двум направлениями. Никлот оборонялся в крепости Добин, которую осадили саксы (со стороны Шверинского озера) и силы датчан. Но на помощь ободритам приходят руяне, разбив датский флот в Висмарском заливе. Крестоносцы отступают от Добина.

В 1160г. Генрих Лев вновь идет против ободритов. Никлот, уничтожив часть своих укреплений, чтоб они не достались врагу (Илов, Мекленбург, Зверин, Добин), отступает в Ворле (Вурле)[42], совершая оттуда вылазки на войско неприятеля. Когда его сыновья Прибыслав и Вартислав со своим войском терпят поражение в бою, тогда атаку возглавляет сам Никлот. Но попав в засаду с небольшим отрядом Никлот погибает. Его сыновья сопротивляются еще несколько лет, пока не погибает Вартислав в 1164г.

Датский король Вальдемар собрав «такие силы, каких Дания еще не вооружала»[43] пошел против руян. Через три месяца он приблизился к Коренице, а затем с помощью метательных машин взял ее. Так в 1168г. падает последний оплот славянства на Балтике – Аркона на о.Руян.

Часть II. Тактика, структура войска, применение кавалерии и флота и фортификация

Фортификация

В источниках часто упоминаются военные действия, связанные с укреплениями, такие как оборона крепостей и их осада. Поэтому стоит остановиться на вопросе фортификации у балтийских славян.

В описываемый период (VIII-XIIвв.) возведение укреплений уже весьма развито в землях балтийских славян. Часто сооружались укрепленные линии, состоящие из крепостей и других защитных сооружений.[44]

Крепости играли важную роль в войнах балтийских славян и применении «оборонительной тактики» (о чем будет сказано ниже). Часто война была именно «крепостной», то есть состояла из осад и штурмов крепостей. Строительство укреплений было развито у балтийских славян. В источниках часто упоминаются славянские крепости и их возведение. Так, например, Никлот строит крепость Добин[45]. Основным материалом для строительства укреплений было, конечно, дерево. Иногда были и каменные постройки. Например, башни в Юмне были каменные. Строительная традиция балтийских славян отразилась и на Руси. Так конструкция детинца в Новгороде находит аналогии в земле балтийских славян.[46] Даже само кончанское устройство города, по мнению некоторых исследователей, также восходит «к балтийским славянам, у которых имелись общественные здания контины – центры отдельных частей города»[47].

Многие крепости помимо деревянных стен имели и другие защитные элементы, такие как вал и ров. Или даже находились на островах – естественных или искусственных — или других труднодоступных местах. Например, Аркона находилась на утесе «вдавшемся обрывом в море»[48]. Крепость Плуна (в земле вагров) находилась на острове посреди озера, как и Ратибор, Зверин, Добин и другие крепости. Связывались с берегом такие крепости посредством «моста весьма длинного»[49].

Флот

Часто славян представляют народом сухопутным, но это далеко не так. Это видно из морских походов IX-Xвв. на Византию и Кавказ. Активно совершают морские походы и балтийские славяне: в Скандинавию; на Британские острова (по мнению некоторых исследователей, славяне совершавшали походы и набеги на Англию уже в Vв.[50]); и даже в Испанию (на Иберийский п-ов — поход на Севилью 844г). Совершаются путешествия и походы по Волжскому торговому пути; даже знаменитое братство йомсвикингов находилось в «стране вендов»[51]. Иногда, даже к гаданию прибегали для того чтобы узнать «когда следует плыть или идти в набег»[52].

Какими же были корабли балтийских славян? Сведений о судах не много, но они все же представлены как письменными, так и археологическими данными. Сами суда, видимо, носили название «корабль» или «кораб»[53]. Например, среди судов напавших на Севилью в 844г. северян упоминаются «корабы» (караб)[54]. Но было и другое название судов – ладья, имеющее также западнославянское происхождение[55]. Такое название фиксируется у балтийских славян к VIIIв. Аналоги термину «лодья» (ладья) есть в Польше, Чехии, в полабском и лужицком говорах. Этот же термин заимствуется от славян германскими народами (шведское lodja, датское и норвежское lodje, прибалтийско-нецкое lodje). В одной из саг о лодье говорится: «Тут подъехала к нему Славянская лодья – скороходка»[56]. Чаще же скандинавы называют славянские корабли шнеки или «вендские шнеки». В саге «о Магнусе Слепом и Харальде Гилли» говорится о морском походе славян (вендов) в Скандинавию и их флоте: «В канун дня Лавранца, когда только что кончилась торжественная месса, Реттибур конунг вендов подошел к Конунгахелле. У него было пять с половиной сотен вендских шнек, и на каждой шнеке было сорок четыре человека и две лошади». Это сведение находит подтверждение в археологии — обнаруженное у Рюгена судно. Подобные корабли относятся к типу клинкерных судов, т.е. дощатые с обшивкой в клинкер. К деталям клинкерных судов могут быть отнесены обнаруженные железные заклепки и фрагменты обшивки. Интервалы на досках судов с обшивкой в клинкер, обнаруженные в землях западных славян, составляют: 7-9см (с Рюгена, с Польского поморья – из Щецина, Гданьск-Орунья, Чарновско), около 12см у скандинавских судов. Толщина досок обшивки составляла 2,2-2,6см.[57] Судя по данным источников, вмещали такие корабли до 40 человек и имели место под двух коней.

Но можно выделить еще несколько типов судов – плоскодонные и на однодревковой основе.

Первые, носят название «паром» и представляют собой суда, имеющие плоское дно, с «примыкающими к нему под углом, близким к прямому, бортами». Они имели ширину до 3,2м, а высоту бортов – 80см. Длина же достигала 14,5м.[58] У балтийских славян подтверждается письменными источниками и находками моделей подобных судов.

Использование однодревок (имеющих долбленую из дерева основу) славянами зафиксировано еще византийскими авторами. Использовались суда данного типа и на Руси. Известны подобные суда и в землях балтийских славян.

Тактика прибрежных боев и действий при высадки славянских воинов, видимо, была сходна с тактикой соседних народов, в т.ч. скандинавов и балтов. А вот как описывает действия воинов Святослава во время войны в Болгарии Лев Диакон: «Но тавры стремительно выпрыгнули из челнов, выставили вперед щиты, обнажили мечи и стали направо и налево поражать мисян»[59]. Это описание касается десанта и боя на берегу. Но и на море бои происходили довольно жарко: «у йомсвикингов корабли были крупнее и с более высоким бортом, но обе стороны наступали очень рьяно»[60], и были довольно многочисленны: «у них (йомсвикингов) было сорок кораблей из Страны Вендов и двадцать – из Сканей»[61]. Бой начинался с использования метательного оружия — стрел, дротиков и камней, а затем корабли сходились и войны сражались на палубе.

Самыми известными мореходами и пиратами среди славян долгое время были руяне (ране). Кстати, именно на Руяне был обнаружен клад арабских монет (и арабской Испании). Клад составлял 2000 монет, самая ранняя из которых датируется 842г. Именно ране в 1147 разбили флот данов идущих на помощь Генриху Льву осаждавшему ободритов. В начале XIв. «ране подступили на кораблях по реке Травне к Любеку и стали осаждать город»[62].

Гильфердинг называет две основные морские базы «Славянских витязей» — это два острова: Фембра, принадлежащая ваграм, и Рана (Руян)[63]. Помимо этого славяне имели базы по всему Балтийскому побережью, как славянскому, так и датскому. Более того, в Xв. «у них были убежища даже на берегу Скани»[64]. Славяне регулярно воевали и пиратствовали на море. Так Гельмольд говорит, что Дания, из-за своих географических особенностей легко делается жертвой нападения, потому что «в изгибах ее берегов необыкновенно удобно скрываться славянам; выходя из засады, они наносят ей внезапные удары»[65]. Более того, нападения датчан славяне не считают особо опасными и даже «считают особенным наслаждением с ними биться»[66].

Как уже говорилось, совершали балтийские славяне и дальние походы, в том числе в Англию. Лютичи совершали походы на Британские острова уже с VIIIв. И даже в XIв. они «однажды снарядили корабли и поплыли туда воевать»[67].

Итак, судостроение и мореходство у балтийских славян было сильно развито. Балтийские славяне строили различные типы кораблей и совершали на них походы и путешествия в разные части света.

Кавалерия

Многие походы были пешими. Но возникает вопрос: а насколько «пешими»? То есть, а использовалась ли в войнах и походах кавалерия? Данные об этом также сохранились. Во-первых, соседство с франками, а также постоянные военные действия, как за, так и против них уже подталкивало к развитию всадничества среди славян. Но есть и прямые свидетельства применения кавалерии славянами.

Начать стоит, скорее с косвенных, данных – с культа коня. Выражение этого нашло в погребальном обряде, когда в погребение знатного человека помещали коня. Помимо этого конь являлся часто одним из атрибутов бога: Святовита в Арконе или Триглава в Штетине. При том, что атрибутами этих богов является, в том числе, и вооружение. И все они называются богами «войны и победы». О Святовите же: «Невдалике были видны узда и седло бога, и многие знаки его божественности»[68].

Стоит обратить внимание и на уже приведенное выше описание кораблей балтийских славян в саге «о Магнусе Слепом». Там говорится о месте для двух коней на корабле. Это немного, но все же позволяет применять в военном деле, например для разведки и быстрого доставления сведений. Из дальнейшего описания действий славян видно, что: «они причалили к берегу у корабельных свай, высадили там конницу и, перебравшись через Братсас, подъехали к городу»[69]. Т.е. наличие не одного корабля, а достаточно крупного отряда (флота) позволяет использование кавалерии.

Есть и другие свидетельства применения кавалерии балтийскими славянами.

Так после битвы … «из многочисленной рати Славян, говорит Видукинд, не уцелел ни один воин, кроме несколько всадников»[70].

В 1010г. князь Мстивой ходил походом в Италию с тысячей всадников. «Теперь этот князь винулов (Мстивой), желая стать достойным обещания [отправился] с герцогом в Италию, имея [при себе] тысячу всадников»[71].

На острове Рюген (Руян) в Арконе при храме Святовита содержались триста коней и «столько же воевавших на них всадников»[72].

Гельмольд описывая битву с руянами, говорит: «когда раны увидали множество спускающихся по дороге от моря [людей], они подумали, что это их конница»[73].

Во время похода Никлота на Любек «два отряда конницы промчались через всю вагорскую землю и все, что нашли в предместьях Зегеберге, истребили».

Во время обороны Вурле в 1163г. «Прибыслав с некоторым числом конников скрылся в лесах, чтобы из засады убивать неосторожных»[74]. Или «…герцогу донесли, что Прибыслав с множеством конников показался неподалеку от лагеря» и далее «Прибыслав неожиданно приблизился и, напав на неосторожных, около сотни их уничтожил»[75].

Как видно из приведенных выше примеров, балтийские славяне умело пользовались кавалерией, особенно к концу описываемого периода. Они применяли конницу, как для сражений, так и для засад и рейдов. А также сочетали действия кавалерии с другими родами войск: флотом и пехотой. Совершались и конные походы.

Тактика

Итак, балтийские славяне использовали как флот, так и кавалерию. Причем, умело комбинировали оба этих рода войск, как это описано, например, в саге о Магнусе Слепом и Харальде Гилли. Это, кстати, напоминает и военные походы русов в Xв., когда часть войска на кораблях движется водным путем, а вторая – конная – по берегу[76]. Также проходил и поход ободритов на Любек в 1147г.: Сам Никлот с морскими силами подошел к городу по реке Травне, а на суше действовали несколько конных отрядов.

Вообще, балтийские славяне использовали различную тактику, в основном сводящуюся к двум типам: оборона укреплений либо битва в поле.

Довольно часто при угрозе нападения и превосходстве противника в живой силе славяне отступали к укреплениям и крепостям, которые и обороняли, совершая постоянные вылазки. Так, например, был отбит крестовый поход 1147г., когда ободриты, во главе с Никлотом, уничтожив несколько своих крепостей, чтобы они не достались противнику, укрылись в крепости Добин. Также они действовали и в 1160г., закрывшись на этот раз в Вурле.

Князь Мечислав скрывался в Зверине от лютичей.

В 1139г. Прибыслав заперся в «укрепленных местах» от Генриха (граф Нордалбингии).

Но, находясь в укреплении, славянские воины совершали при этом вылазки и тревожили вражеский лагерь. Во время осады Вурле, на вылазки водили воинов сначала сыновья Никлота, а затем и он сам. В одной из таких стычек он и погиб.

Во время обороны Добина в 1147г. осажденные совершили на войско данов и «убили многих данов и удобрили землю их трупами»[77].

В укрепленной Коренице укроются славяне во время вторжения Вальдемара на Руян[78].

Во время войны саксов с сербами (сорбами), первые одержали победу, захватив Кезигесбург и «одиннадцать крепостей»[79].

Иногда же, оставляли отряд, чаще конный, вне стен крепости, который, скрываясь например, в лесу регулярно тревожил вражеские тылы или лагерь, а также устраивал засады. Вот несколько примеров подобной тактики:

«И он (Никлот) отправился с некоторым числом избранных людей и устроил засады в потаенных местах…»[80]

Во время сопротивления сыновей Никлота в 1163г. «Прибыслав с некоторым числом конников скрылся в лесах, чтобы из засады убивать неосторожных»[81]. И он же «неожиданно приблизился и, напав на неосторожных, около сотни их уничтожил»[82]. Чтобы координировать действия находящихся в крепости и скрывающихся в лесу отрядами, да и для получения информации о противнике использовались разведчики (лазутчики)[83].

Вообще, умение устраивать засады славянами отмечаются источниками уже с VIв. Из приведенных же выше примеров, видно, что часто использовали засады и балтийские славяне. Причем умело использовали засады и внезапные нападения не только на суше, но и на море, от чего часто страдали датчане.

Но славянские войны не только обороняли укрепления, но и сами осаждали и штурмовали их. Во время борьбы за власть у ободритов князь из ранского рода Крутый (Крут) изгнал Будивоя (сына Готшалка), при этом «разрушив все крепости, которые доселе служили ему опорой»[84]. А Гельмольд рассказывает, как «войско славянское … в жаркой битве вторглось в крепость»[85]. В 40-60гг XIIв. ободриты будут неоднократно осаждать и брать приступом Любек.

Но не всегда шла крепостная война. Часто славяне выходили на битву «в поле». В первую очередь это происходило, когда славяне были атакующей стороной, обычно в походах.

Бывали полевые сражения и при обороне своей земли, при отражении набегов соседей. Так, славяне вместе с отрядом франков «нанесли сильный удар» и поражение саксам в битве на Святом Поле в 795г.[86]

В 936г. с саксами сражаются в битве, но терпят поражение ратари.

В Xв. Ободриты нападают на саксов и разбивают их войско, убив при этом их полководца – Гайка[87].

В 1056г. лютичи загнали войско Маркграфа Вильгельма в болотистую местность и «поразили его на голову».

Стоит упомянуть еще один момент, связанный с боями в поле – поединок. Часто битва начиналась с поединка, иногда им же и заканчивалась. Обычно, основным условием поединка источники называют решение конфликта «малой кровью», при этом проигравший либо уходит (если нападал), либо платит дань (если оборонялся). Даже если после поединка, битва все равно происходит, то воин, победивший в поединке, все же воодушевляет своих соратников. Балтийские славяне и их противники также прибегали к обычаю поединка. Приведем несколько примеров.

Адам Бременский говоря об озере Агримесвидиль, рассказывает о камне, поставленном на месте поединка славянского и сакского воинов[88].

Саксон грамматик, рассказывает о войне датчан со славянами во времена короля Рорика: «один из них (славян)… предложил Датчанам поединок»[89]. Причем поединок, по словам Саксона не закончился и после победы славянского война. На следующий день вновь состоялся поединок, против славянина вышел воин Убби. В поединке оба бойца погибли.

В более позднее время, в 1032г. князь Мечислав польский идет против поморян. Перед битвой также состоялся поединок, в котором сражался поморянский воин и венгр на службе Мечислава – Бела[90].

В 1034г. вновь сталкиваются лютичи и саксы. Дело и здесь решается поединком. И после победы славянского воина Конрад вынужден был уйти.

Итак, балтийские славяне умели действовать, как в обороне, так и в нападении. Но встает вопрос, как именно действовали? Конкретных данных о тактике балтийских славян очень мало. Одним из примеров, является уже приводимое описание совместных действий флота и кавалерии (и последующей осаде) в Саге о Магнусе Слепом, а также упоминание засад, в том числе кавалерийских. В этой связи ценно описание Гельмольдом битвы 6 июня 1164г, где сражались Ободриты, возглавляемые сыновьями Никлота и союзное войско герцога Генриха. По словам Гельмольда: «… показались поднимающиеся на холм клинья славян, состоявшие из бесчисленного количества как конных, так и пеших»[91].

Здесь видно, что славяне применяли в сочетании не только флот и кавалерию, но и кавалерию и пехоту, более того, в боевом построении, напоминающем более поздний «клин» XIIIв. В этом бою славяне вновь попытались застать противника врасплох. Еще одним интересным моментом этого боя является применение славянами нескольких отрядов, которые вводились по мере необходимости.

Итак, балтийские славяне применяли различные тактические действия: от оборонительной, с обороной крепостей и других укреплений, до наступательной с внезапными атаками и засадами; от морских и прибрежных битв до кавалерийских атак; от подсыла лазутчиков до вызова на поединок. И если на раннем этапе исследуемого периода мы видим войско как единое целое, редко упоминаются деления на отряды (иногда сами славяне составляли отдельный отряд союзного войска), то к концу периода, XIIв., балтийскими славянами применяется разделение на различные отряды и использовании их в разные моменты боя, а также боевой порядок, в том числе комбинированный, такой как «клин».

Структура войска

Говоря о войске балтийских славян, Гильфердинг часто подчеркивает всенародный, ополченческий его тип. Связывается это, в первую очередь, с социальным устройством балтийских славян, особенно у лютичей. Но всенародное ополчение может применяться лишь в некоторых ситуациях – обычно при обороне родной земли. В военных же походах, особенно дальних (в том числе морских), ополчение не применяется. Да, конечно, в социальной жизни славян большое значение играло вече, народное собрание и старшина, управляющая жупами (областями) – жупаны или паны, но к описываемому периоду среди балтийских славян развит институт княжеской власти (или даже королевской, как на Руяне). Более того, именно князья выступают предводителями войска, организаторами походов и защитниками крепостей. Собственно, сами крепости также строят именно князья. Князья же окружены и предводительствуют дружиной, которая и являлась основной боевой силой в тот период. Поэтому, стоит поговорить именно о профессиональных воинах в армиях балтийских славян.

Чаще в источниках встречается упоминание не дружины, а «лучших людей» или «благородных мужей»[92]. Видимо, под этим названием и подразумеваются профессиональные, ближние войны князя. Так Гельмольд пишет: «Вартислав и все благородные мужи славянские». Во время осады Вурле 1160г.: «сыновья Никлота, оставив коней и знатнейших мужей пришли к отцу»[93]. Тогда сам Никлот «отправился с некоторым числом избранных людей…»[94]. Эти «благороднейшие мужи» обычно конные, по крайней мере, к концу исследуемого периода. На Рюгене, например, количество лошадей показывало и количество дружинников.

Более того интересно наблюдение Гильфердинга о избранных людях балтийских славян. Дело в том, что эти самые «благородные мужи» в некоторых землях балтийских славян имели довольно большое влияние и даже сами имели дружины. Так, например, было у руян. Есть упоминание о знатной вдове, муж которой при жизни «содержал при себе тридцать коней со всадниками, как дружину»[95]. Это известие может быть сближено по аналогии с устройством дружины на Руси, где выделяется «старшая дружина», т.е. бояре или ближние люди князя (те самые «благородные мужи»), которые и сами могли располагать военной силой.

Есть и описание дружинника к концу описываемого периода. Так «благородный муж» являлся на службу «конно и оружно». Сами дружинники являлись на службу одни, «неся сам весьма ловко свой плащ и щит, и неутомимо исполняет таким образом всю военную службу». Военачальники и благородные люди (capitanei и principes соответственно) имеют нескольких оруженосцев[96].

Но не всегда профессиональные воины были только в княжеских дружинах. Существовали и другие воинские формирования. К ним можно отнести храмовых воинов, как, например, уже упоминавшиеся триста всадников Арконы. Профессиональными воинами были и те, кто ходил в морские походы – «морские витязи». Как уже говорилось ранее, чаще всего с островов Руян и Фембра. К ним же можно отнести и воинские братства и, самые известное из них, братство йомсвикингов. Йомсвикинги имели свое собственное укрепленное поселение – Юмна, с крупной гаванью, вмещающей до 360 судов, крупный военный флот (обычно в походах участвовали до 60 кораблей). В братство входили профессиональные бойцы в возрасте от 18 до 50 лет. (по саге о йомсвикингов было одно исключение, для сильного бойца Вагна, внука Пальнотоки, которого приняли в братство в 12 лет)[97].

Итак, войско балтийских славян состояло в первую очередь из профессиональных воинов – княжеских дружинников и «благородных мужей» с оруженосцами и личными дружинами, иногда подкрепленные ополчением племен либо жуп, либо охочими людьми.

Часть III. Вооружение

Оружие: меч и копье

О воинственности и храбрости славян говорят практически все источники. Гораздо меньше они говорят о вооружении славянских воинов. Чаще всего встречаются такие определения войска, как «сильное людьми и оружием». Но есть и более конкретные сведения. Так основным оружием славянских воинов являлся меч. Приведем несколько примеров о применении мечей славянами.

Еще в VIIIв. славянский князь Лаврита (Лавристан) отвечал послам хазар: «пока существуют мечи и война».

В уже приводимом описании высадки воинов Святослава Львом Диаконом упоминаются мечи: «обнажили мечи». А во время вылазки на осадный парк византийцев под Доростолом русы изрубили Иоанна Коркуаса «своими мечами и секирами»[98].

Гильфердинг (с ссылкой на Саксона Грамматика) описывая славянских воинов в битве при Бравалле, упоминает «чрезвычайно длинные мечи»[99].

Ибн Фадлан при описании русов говорит: «с каждым из них (имеется) секира и меч, и нож». Он же дает и описание этих мечей: «мечи их плоские, с бороздками, франкские»[100]. «Франкские» — в первую очередь, говорит о типе мечей и их внешнем виде. Они представляли собой прямые мечи с длиной клинка до 90 см., с одним или несколькими долами, с рукоятью с довольно массивным «яблоком», предназначенные, в первую очередь, для рубящих ударов. Так же термин «франкские» может означать меч с территории Франкской империи, либо, в более позднее время, Европы вообще. Именно Франкская держава была главным экспортером мечей, в том числе «фирменных» или именных мечей, т.е. несущих на своих клинках имена мастеров. Франкские мечи были широко распространены на территории балтийского региона. Но, судя по всему, производились мечи и в землях славян. Еще один арабский автор, таможенник Ибн Хордадбег упоминает виденных им купцов русов (славян из славян), которые помимо прочих товаров привезли мечи, которые вывозят из дальней страны славян.[101] Данный тип мечей был распространен в эпоху викингов, как на территории балтийских славян, так и их соседей: в землях пруссов, на Руси, в Польше.

Меч у балтийских славян был главным оружием. Об этом говорит и то, что меч часто является атрибутом богов. Например, об идоле Святовита в Арконе: «Из них вызывал удивление заметной величины меч, ножны и рукоять которого, помимо превосходного резного декора, украшали серебряные детали»[102]. Идол Ругевита в Коренице имел семь мечей «подвешенных к его боку» и «восьмой, обнаженный, бог держал в руке»[103]. Там же в Коренице хранилось различное вооружение, в том числе и мечи.

При описании войн и походов балтийских славян, особенно в конце описываемого периода (конец XI-XIIвв.) упоминание мечей и воинов ими вооруженных встречаются часто. Так Прибыслав (сын Никлота) обращался к защитникам Миклинбурга: «я всех вас перебью острием меча»[104]. В 1163г. он же, проиграв борьбу и, сдаваясь Генриху, пришел «держа меч свой на голове своей»[105].

Естественно, что на протяжении периода форма и типы мечей менялись, но, как и ранее, мечи балтийских славян соответствуют европейским аналогам.

Помимо меча, славянские воины использовали и другие виды вооружения, в том числе, широко использовали копья, причем не только простые, но и знатные воины и даже князья.

Разговор о копьях стоит начать с описания русов и Доростольского сидения. Лев Диакон несколько раз упоминает копья у воинов Святослава. Например, когда убили Иоанна Коркуаса, то тело его изрубили, а «голову водрузили на копье», поступив с ним, «как с жертвенным животным»[106]. Здесь интересно, не только упоминание копья, но и сам ритуал, полная параллель которому находится как раз у балтийских славян. Так Адам Бременский говорит: «…варвары отрубили ему (епископу Иоанну) руки и ноги, тело выбросили на дорогу, голову же отсекли и, воткнув на копье, принесли ее в жертву своему Радигосту в знак победы»[107].

Как уже говорилось, копья использовали и знатные войны и князья, причем как в пешем так и конном бою. Так, с копьем атаковал князь руян Яромир. В XIIв. князь ободритов Никлот воевал с копьем на коне.

В битве славян с датско-норвежским войском Магнуса упоминается славянский воин Регбус, сражавшийся с «копьем в каждой руке»[108].

Копья применялись для обряда гадания в Арконе и Радигосте.

Форма наконечников копий разнилась от узких граненых до широких листообразных. Популярна была рогатина имеющая также несколько типов. Первый тип имел широкий и длинный наконечник, позволяющий не только колоть и наносить рубящие удары. Подобные рогатины упоминаются в сагах и имеют археологическое подтверждение. Второй тип наконечника имеет меньшие размеры и расположенную ниже самого наконечника перекладину. Само копье было, видимо, в рост человека. Большим по размеру копьем было не удобно работать в пешем бою (тем более в каждой руке) или на корабле. Более того, встречаются упоминания, когда копья метались в противника. Это могли быть как собственно копья, так и дротики – сулицы. Об использовании славянами дротиков источники упоминают уже в раннее время (V-VIвв.). Войны Святослава во время обороны Преславы и Доростола бросали во врага «камни и копья»[109].

Защитное вооружение

Помимо оружия наступательного, использовалось и оборонительное вооружение: щиты и доспех. В источниках часто встречаются свидетельства использования славянами щитов, но, к сожалению, о их форме сведений мало. Рассмотрим несколько примеров.

«[Клирик Дитрик] вбежал в само святилище и, увидев золотой щит, прикрепленный к стене и посвященный Яровиту, их богу войны…»[110]. Есть и другое более подробное описание этого щита: «На стене висел щит удивительной величины, искусной работы, золотым листом обтянутый…»[111].

Лев Диакон несколько раз упоминает и описывает щиты русов. Так он говорит: «но тавры стремительно выпрыгнули из челнов, выставив вперед щиты…»[112]. Или «Но все же они схватились за оружие, покрыли плечи щитами (щиты у них прочны и для большей безопасности достигают ног), выстроились в грозный порядок»[113]. И он же: «тавроскифы вышли из города и построились на равнине, защищенные кольчугами и доходившими до самых ног щитами»[114].

В битве при Бравалле славянские войны вооружены «маленькими щитами медного цвета»[115], причем использовали их только для защиты от метательного оружия противника. В рукопашном же бою, эти щиты забрасывались за спину.

Славянские всадники приходили на службу «ловко неся свой плащ и щит».

Итак, щитами славяне пользовались, но какова была форма этих щитов? Самым распространенным типом щита на тот период был деревянный круглый щит, диаметром до метра, с металлическим умбоном в центре. Но, как видно из приведенных выше примеров, щиты имели различные размеры и форму. Особый интерес вызывает описание русских щитов у Льва Диакона. Здесь предположительны несколько вариантов. Такой щит мог представлять собой «каплевидный». Но подобная форма щитов распространяется почти на век позже описываемых событий. Щит мог иметь и прямоугольную форму. Такими часто изображают щиты славян западные авторы (например, на реконструкции А. Макбрайта «Восточный викинг»[116]), но подобная форма щитов для данного периода не зафиксирована ни археологическими, ни изобразительными источниками. Применительно к славянам есть упоминания «крепких труднопереносимых» щитов. Но данные сведения относятся к более раннему периоду и описывает осадные щиты.

Щит был основным защитным вооружением славянских воинов, но не единственным. Применялись и различные виды доспехов и шлемов. Балтийскими славянами могли применяться различные типы шлемов, в том числе и шлемы, применяемые соседними народами, как купленные, так и трофейные. Так во многих славянских храмах хранилась часть добычи, отдаваемая туда после военных походов. Среди этой добычи, например в Коренице, хранились помимо различных богатств «шлемы, мечи, кольчуги и всякого рода оружие»[117]. В одной из битв славянский воин Регбус был в шлеме, который защитил его от удара по голове.

Но, судя по всему, чаще применялся тип шлема распространенный на многих славянских землях: на Руси, в Польше. К подобному типу относится ряд шлемов найденных на территории Руси и Польши. Это, в первую очередь шлем из «Черной могилы» и шлем из Таганчи; а также польские шлемы из Гожухи, Гича (в Гиче же найден и хорошо сохранившейся меч), Фридрихсберга и некоторые другие. Они представляли собой шлемы сделанные из нескольких (четырех) пластин, имеющих втулку для плюмажа, «на боковых пластинах – квадраты», а на месте стыков – «латунные планки»[118].

Помимо шлемов использовался и доспех, защищающий корпус. Применение доспехов славянами не вызывает сомнений. Титмар Мерзербургский говорит об идолах балтийских славян: «…внутри же стоят боги рукотворные, с вырезанными на каждом именами, грозно облаченные в шлемы и кольчуги»[119]. В Коренице среди хранящейся там добычи были и шлемы и кольчуги.

Самым распространенным (металлическим) типом доспеха была кольчуга. Для исследуемого периода характерна, так называемая, короткая кольчуга, доходящая до бедра и имеющая короткие рукава (до локтя). Уже упоминаемый воин Регбус помимо шлема был защищен «короткими латами»[120]. Здесь возникает вопрос: была ли это кольчуга или другой тип доспеха? Во-первых, сам термин «латы» вряд ли обозначает кольчугу. Во-вторых, в один момент битвы «бедро у него раскрылось под латами»[121]. Конечно, это могла быть кольчуга, которая при наклоне приподнялась и открыла бедро. Но мог быть и другой тип доспеха – пластинчатый, «юбка» которого и разошлась, открыв уязвимое место славянского война.

Пластинчатый доспех известен славянским народам издревле, свое распространение он, видимо, находит с приходом авар. Известны находки пластин – элементов пластинчатого доспеха датируемые VIIв[122]. Применительно к балтийскому региону, известен пластинчатый доспех из Бирки, имеющий, видимо, восточное происхождение[123]. Подобный доспех мог быть и у Регбуса в битве с Магнусом Норвежским.

Балтийские славяне, ведя постоянные войны, часто характеризуются как «сильные людьми и оружием». И, как видно, оружие это было действительно разнообразным, как наступательное, так и защитное. Вооружаются славянские воины мечами, копьями и другим оружием (топоры). Основным защитным вооружением является щит, а также используются шлемы и различные типы доспеха – кольчатые и пластинчатые.

Знамена балтийских славян

Стоит упомянуть еще один момент, относящийся не к вооружению, а скорее снаряжению – знамена. О наличии флагов у балтийских славян сохранились некоторые сведения. Титмар говорит о знаменах славян: «Знамена их, кроме как в случае похода, причем пешего, никогда не трогаются»[124]. Он же описывает и сами знамена, в одном из таких походов: «Богиня лютичей, изображенная на знамени» и «когда хотели перейти Мильду, то другую богиню в сопровождении 50 воинов потеряли»[125]. Здесь интересно сведение об изображении на знаменах богини. А в житие Оттона говорится, что во время праздника весь город был увешан знаменами[126].

Вообще, в балтийском регионе были распространены несколько типов знамен. Первые представляют собой бронзовая, иногда позолоченная, пластина размерами около 40X30 см, подвижно прикреплявшаяся к древку короткой стороной. К закругленному краю пластины крепилась бахрома. Второй тип представлял «матерчатое или кожаное полотнище с бахромой по противоположному древку краю»[127].

Примечания:

[1] Павинский А. «Полабские славяне» С.Петербург 1871г. с.28
[2] Эйнгард. Анналы
[3] Павинский А. «Полабские славяне» с.28. По другим данным потери саксов составляли 2950 человек.
[4] Эйнгард. Анналы
[5] Павинский А. «Полабские славяне» с.30
[6] Там же с.32
[7] Рудольф, Фульдские анналы.
[8] Павинский А. «Полабские славяне» с.57
[9] Ведукинд Корвейский
[10] Там же I, 34
[11] Бранибор был взят в 929г.
[12] Павинский А. «Полабские славяне» с.69.
[13] Титмар , I, 6
[14] Павинский А. «Полабские славяне» с.71
[15] Видукинд II, 20
[16] Там же
[17] Павинский А. «Полабские славяне» с.76
[18] Там же, с.81. Шафарик дает название
Swetlastrana
[19] Павинский А. «Полабские славяне» с.84
[20] Там же.
[21] Видукинд III. 59
[22] Видукинд III. 60. 64
[23] Видукинд III. 69
[24] Епископ Вагон 974-976гг.
[25] Павинский А. «Полабские славяне» с.106
[26] Титмар III. 10
[27] Павинский А. «Полабские славяне» с.114
[28] Павинский А. «Полабские славяне» с.128
[29] Там же. Об устройстве дружины см. у Саксона Грамматика.
[30] Там же с.130
[31] Там же с.138
[32] Там же с.138. Павинский ссылается на
Wipo. Vita. 33., также как и при рассказе о поединке саксонского и славянского воинов.
[33] Там же с.139 Со ссылкой на Annal. Augustan.
[34] Павинский А. «Полабские славяне» с.145 с ссылкой на Гельмольд I. 25
[35] Павинский А. с.146
[36] Там же.
[37] Там же с.147 Смилово Поле или Smilowe, затем Schmilau.
[38] Павинский А. с.149.
[39] Послание Бернарда из Клерво 1147. Boczek Codex diplom. Moravie. I. 253
[40] Гельмольд. I. 63
[41] Павинский А. с.160 со ссылкой на Chronica M. Seressi. 19
[42] Гельмольд II. 2.3.4.
[43] Гильфердинг А.Ф. История балтийских славян. С.-Пб. 1874г. 135
[44] Гильфердинг А.Ф. История балтийских славян. С.-Пб. 1874г. 133-134.
[45] Гельмольд
[46] Янин В.Л., Алешковский М.Х. Происхождение Новгорода (к постановке вопроса) Вопросы по История СССР, №2, М.-Л., 1971, стр. 32-61
[47] Там же.
[48] Гильфердинг А.Ф. История балтийских славян. С.-Пб. 1874г. 135 с ссылкой на Саксон Грамматик 822
[49] Гельмольд I. 25.
[50] Например, Гильфердинг А.Ф. в своей Истории балтийских славян. Или Прозоров Л.Р. Святослав.
[51] Сага об Олафе Трюгвассоне
[52] Монах Прифлигенский Житие Оттона.
[53] Гедеонов … а также Прозоров Л.Р. Святослав.
[54] Помимо арабских авторов упоминающих это название, данный термин рассматривали многие исследователи. См. например, Гедеонов Варяги и Русь.
[55] Молчанова А.А. Балтийские славяне и Северо-Западная Русь в раннем средневековье. М.2008
[56] Сага обо Олафе Трюгвассоне.
[57] Сорокин П.Е. Судостроительная традиция северо-западной Руси в средневековье
[58] Там же.
[59] Лев Диакон
[60] Сага обо Олафе Трюгвассоне
[61] Там же.
[62] Гельмольд I. 36.
[63] Гильфердинг А.Ф. История… с.26 с ссылкой на Адам Бременский IV. 18.
[64] Гильфердинг А.Ф. История… с.27 с ссылкой на Сага об Олафе Трюгвассоне.
[65] Гельмольд II. 13.
[66] Там же.
[67] Гильфердинг А.Ф. История… с.28
[68] Саксон Грамматик под 1168г.
[69] Сага о Магнусе Слепом и Харальде Гилли.
[70] Павинский А. с… с ссылкой на Видукинд Корвейнский.
[71] Гельмольд I. 16
[72] Саксон Грамматик 1168г.
[73] Гельмольд I. 36.
[74] Гельмольд I. 92.
[75] Там же.
[76] ПВЛ под г.
[77] Гельмольд I. 65.
[78] Саксон Грамматик, Книтлинг сага.
[79] Вертинские анналы под 839г. Приводится по Хрестоматия по истории южных и западных славян.
[80] Гельмольд I. 87.
[81] Гельмольд I. 92.
[82] Там же
[83] Гельмольд II. 4.
[84] Павинский А. с.146. и Гельмольд I.24.
[85] Гельмольд. I. 92.
[86] Павинский Полабские славяне с.28 с ссылкой на Эйнгарда Анналы.
[87] Павинский А. Полабские славяне с.76.
[88] Адам Бременский II. 15
[89] Саксон Грамматик 132.
[90] Гильфердинг А.Ф. История… с.461.
[91] Гельмольд II. 4.
[92] Часто такие определения встречаются у Гельмольда.
[93] Гельмольд I.87
[94] Там же.
[95] Гильфердинг А.Ф. История… с.89-90.
[96] Гильфердинг А.Ф. История…
[97] Сага о йомсвикингах.
[98] Лев Диакон.
[99] Гильфердинг А.Ф. История… с.452
[100] Ибн Фадлан.
[101] Ибн Хордадбег Книга путей и стран.
[102] Саксон Грамматик История Дании под 1168г.
[103] Там же.
[104] Гельмольд II.2.
[105] Гельмольд I.92.
[106] Лев Диакон
[107] Адам Бременский Десния гамбургских епископов. III.51.
[108] Гильфердинг А.Ф. История… с.452.
[109] Лев Диакон
[110] Эббон Житие Оттона епископа Бамбергского. III.8.
[111] Герборд Житие епископа Оттона III.6.
[112] Лев Диакон
[113] Там же
[114] Там же
[115] Гильфердинг А.Ф. История… с.49 с ссылкой на Саксона Грамматика
[116] Хинт И. Викинги. (худ. Макбрайт А)
[117] Сага о Книтлингах.
[118] Бохеньский З. Польские шишаки раннего средневековья. (реферат Колчев В., пер. с польского Чувильская К.)
[119] Титмар VI.17
[120] Гильфердинг А.Ф. История… с.452
[121] Там же.
[122] Лупиненко Ю. Пластинчатый доспех восточных славян VII-Xвв.
[123] Там же
[124] Титмар VI.17.
[125] Титмар VII.47.
[126] Эббон Житие Оттона III.3.
[127] Кулаков В.И. Знамена дружин балтийского региона (материал взят с сайта Кауп)

Если вам понравились материалы, размещённые на сайте, то вы можете выразить свою благодарность: